?

Log in

Вашему США-юношеству...

Представитель МИД России Мария Захарова затруднилась порекомендовать представителям действующей администрации Вашингтона учебные пособия по русскому языку, но процитировала Маяковского. Я тоже подумал: почему бы не вспомнить, не переиначить Владимира Владимировича!

***
Джон Керри советует янки младым
Для вящей удачи карьерной:
"Езжайте в Россию, тудым-сюдым,
Нет тактики более верной!"...

Будь я хоть Обамой из расы темнил
И то — дюже крут и могутен —
Я б русский вовеки в душе сохранил,
Ведь им изъяснялся Путин!

Земшаром шагает Бессмертный Полк,
Победные рамки узки,
Мир не удастся взять на хапок,
Везде говорят по-русски.

И чтобы завтра не стал Вашингтон
Тур. площадкой Китая,
Читайте Гоголя, блин-батон! —
Россиею прирастая...

Не лепо ли...

К СЛОВУ

Не красно, не пристало нам
Петь на старый манер.
У ристалища старого
Есть Боян и Гомер.

Только наше побоище
Заставляет молчать –
Не утихла та боль ещё,
Не отверста печать...

Условно осужден...

***
Глум юродивый — есть манифестация правды и готовность к жертве перед фарисействующими верховодами. А глум гордыни — есть отверстые врата для освобождаемого демонского легиона, как если бы стадо свиней, в которое эта тьма вселилась, ринулась не с обрыва в море, а хлынула пожирать нивы, сады и жилища своих пастухов вместе с ними и их семействами.
Дело не в покемонах...
Дело в снятии запрета, печати. Потом не удержишь.

ОГОРОДНЫЙ ТАБАК

***
Сосед абрашинский Юра починил свою «Ниву».
Она латана-перелатана, ей уж четверть века, как минимум. Но – кормилица и поилица по-всякому...
Скоро судак пойдёт в Оби, разживусь у Юры уловом, будет нам и гриль, и уха, и всё чего не пожелаете.
Мама его, бабка Тамара, прошлый раз говорит:
– Володя, Юрка-то табак огородный курит, сигареты ведь глянь какие дорогие, а самокрутки он вертит-сворачиват из чего ни попадя. Привези ему газетной бумаги...
Ну, позвонил девчатам в типографию «Наука», объяснил ситуацию, запасся шоколадкой. Они пачку и приготовили килограмма четыре, формата А3, упаковали аккуратненько, мол, пусть курит на здоровье.
Вручил я этот презент, баба Тома не нарадовалась, отдарилась чекушкой. Говорит: корова Доля на днях отелится, молоко пойдёт, бычок годовалый растёт, куры несутся, словом жизнь идёт, заходи, не забывай.
Как тут забудешь?!
Мне, как соседу и постоянному покупателю, лишь в радость...

Всплыло...

***
Как странно наблюдать шагреневую кожу
Лихих былых пространств и беспробудных лет…
Всё те же мы.
Но – нет, никто не стал моложе.
И вряд ли помудрел за зиму белый свет.

Люблю вас, как себя, и даже чуть сильнее –
Друзья моих друзей и женщины мои.
Пусть будет алкоголь
Чем крепче, тем роднее!..
I Love You,
Селяви,
Сherchez la femme,
Oui...

"Моя ойкумена". Поэмы

Собрание моих поэм теперь можно не только прочесть, но и скачать... более того, даже купить, если есть горячее желание!..
https://ridero.ru/books/moya_oikumena_1


НОЧНОЕ

***
Без тебя, без тебя, без тебя —
Дни, недели и месяцы без...
Параллельное время дробя
В поминание древних чудес,
Всё хочу хоть иллюзии миг
Ухватить в перетоке седмин,
Как средь тундры — голодный лемминг,
В ожидании таянья льдин,
Уповаю на ягеля мох,
На весну, на немеркнущий свет...
И на милость Твоих перемог,
Боже правый, таящий итог
отрицания
смерти
и бед...

СНИМАЙ ВСЁ СРАЗУ!..

СНИМАЙ ВСЁ СРАЗУ!..

Сегодня – 25 марта в субботу побывал на поэтическом СЛЭМе (командное соревнование поэтов Сибири).

Поинтересовался в Википедии: Слэм — действие публики на музыкальных концертах, при котором люди толкаются и врезаются друг в друга, экстремальный танец…
Действо проходило в Публичной библиотеке Новосибирска (ГПНТБ) – на Восходе, д.15. (см. фото)
В анонсе было объявлено: «Вместе с поэтами Томска г. Новосибирск посетит Ольга Комарова – талантливый автор и неутомимый пропагандист русской словесности.
Удивительный поэт Ольга Комарова из Томска, а можно сказать иначе – из Пространства Логоса. Её стихи – это Вселенная с бесконечной перспективой в прошлое и будущее, в глубокую древность, античность, нашу историю, Мир искусства, Серебряный век, собственное детство, общее ощущение нашей родины, связанные нервом глубинного чувства, заполняющего пространство Вселенной вибрациями чистой любви (во всех известных смыслах), которая, собственно, и формирует жизнь Духа.
Стихи, словно россыпь полевых цветов на лугу, все вместе образуют живую ткань необъятного простора. В ней нет пустого места – всё взаимосвязано, наполнено дыханием и трепетом жизни. Страница за страницей свободным потоком движется энергия слова, меняются её формы, невидимые нити соединяют феномены пространства и времени, сплетаясь в прихотливом кружеве непреходящей Паутины Жизни».
Право, мудрёнее не скажешь…
А вот и цитата оной авторши:

***
Мы — капcула божеcтвенного cвета,
где ты и я любовью налиты,
как яблоки, танцующие c веток
в такие близкие, но жеcткие куcты.

Мы падаем. Но вновь в cаду цветенье.
Не pветcя лета золотая нить —
жужжанье, cтpекотанье, птичье пенье —
cжиманье cеpдца, и воcтоpг, и пить
пpоcящее меpцающее лоно.
И негаcимое желанье — быть.

Похоже, у одесских ашкенази Ольга училась таки по-русски размовлять: «яблоки в кусты танцуют с веток». Дальше ещё не басче! – «пить просящее, мерцающее лоно»… Напоминаю, что лоно на языке великороссов есть место зачатия и созревания плода. Т.е. оное представляет из себя вагину и плаценту. Так какого питья испрошает вагина поэтессы и что означает её неугасимое желание быть?!
Слава Богу, в томской делегации Ольги Комаровой не оказалось и я не удостоился чести её слушать.
Но зато послушал более чем три десятка поэтов (или выражаясь осторожнее – стихотворцев) земли сибирской.
Далее я буду просто приводить цитаты читавших сегодня в конференц-зале новосибирской Публички.
Солонин Тарас (Томск):
«Мы врастаем в диваны, согласные быть баобабом...»

Дмитриенко Илья (Омск):
«… снимай всё сразу!»

Гринченко Ольга (Омск):
«А губы не будут трескаться?» или
«…мой карман топорщит вечность» никак не менее…

Клименко Елена (Томск):
«Ты сегодня близок к Богу, если Он – поэт... » зараз!
«А светлые лица любимых пылятся в картонных коробках» ???

Едва ли не единственный, кто читал свои вирши наизуть, был томич Андрей Батырев. Орал благим матом. Но, по крайней мере, артикулировал своё «я» с убеждённостью в собственной правоте:
«По героям плачет Лубянка!
По бандитам – некрополь Кремля...»

Тимур (Омск):
«И молчанье трещало по швам...»

Горовой Анатолий (Новосибирская обл.):
«О, Родина, твоя благая весть
Из века в век идёт на те же грабли!»

Соболева Елена (Новосибирская обл.):
«…где возлюбленных зарёй венчали,
если б знал ты, о, если б знал!» – романтизьм отдыхает!..

Крупин Алексей (Новосибирская обл.):
собирается добровольцем на войну и пишет, что
«если надо, утопим в крови» Донецкие степи…

Красный Виталий (Новосибирск):
выступал в жанре экстатического бреда, перечисляя по ходу все свои случайные связи, но таки смог произнести:
«я ускромнил свою крутую личность...»

Логинов Сергей (Кемерово):
«сон не прорубится сквозь давление…» видимо, гипертонией страдает, м-мда…

Нет, я вовсе не хожу сказать, что всё это действо проистекало на уровне фола и самопародии. Было достаточно профессиональных стихотворцев. Перечислю их: Метельков Антон, Татаренко Юрий, Гилёва-Климакова Екатерина, Пивоварова Юлия – все из Новосибирска. Черноскутова Марина, Ольга Солодовникова и Филиппенко Дмитрий (Ленинск-Кузнецк), Матвей Зонов (Томск), Агата Рыжова, Ирина Тюнина, Виктор Бровиков и Дмитрий Мурзин – все из Кемерово. Порадовал весьма пожилой стихотворец из Новосибирской обл. Николай Пархоменко – старая школа! Что можно сказать и про Пивоварову, увы, её звёздный час остался в начале 90-х, в эпоху книги "Июлия", но мастерство – не пропьешь, даже если очень стараться...
К сожалению, это всё в целом выглядело как соединение кислого с круглым…
Я могу понять Марину Черноскутову, ей просто, да-да! (что можно и должно понять) не хватает общения. Но зачем Мурзину участвовать в подобных представлениях, это не его уровень, неужели тщеславие настолько всепобеждающе?! Также как непонятна его деятельность в качестве литературного агента малоизвестных стихотворцев якобы модернистского пошиба.
Увы, не родила сибирская земля даже жалкого подобия Дмитрия Александровича Пригова или Александра Радашкевича.
Чему, в сущности, есть серьёзные основания. Уж слишком мы кондовы, не отнять, что есть, то есть.

***
Воистину, нет пророка в своём отечестве.
Как известно, я родился в Кузбассе, в шахтёрском Прокопьевске, где окончил среднюю школу и куда в младые лета на три года возвращался уже с семьёй, с двумя малыми детьми – поработать в редакции газеты "Шахтёрская правда" и получить от родного города жильё (за что по гроб жизни буду Прокопьевскому горкому партии благодарен и признателен).

Год назад мои кузбасские собратья-литераторы решили вдруг вспомнить, что я их земляк, позвонили, наговорили много ласковых слов, попросили стихов для "Огней Кузбасса". Надо сказать, по давно сложившейся традиции вот уже лет 20-ть я посылаю свои сочинения только тем, кто рукописи оных у меня просит. С редактором "Огней Кузбасса" мы знакомы почитай всю жизнь и вполне откровенны, приятием или неприятием моих текстов меня в моём возрасте всяко не удивишь, если где-то не появится напечатанной пусть даже обещанная очередная стихотворная подборка Берязева, ей-богу, я буду по этому поводу меньше переживать, чем если вдруг в Абрашино у меня плохо взойдёт редиска или подмёрзнет огуречная рассада.

Однако...
Вызвало недоумение и огорчило то, что я не получил никакого ответа на своё послание, моими же коллегами инициированное.
К жёсткой полемике и, зачастую, к крайней неприязни за 15 лет руководства "Сибирскими огнями" я привык и считаю это частью литературного процесса. Нет ничего необычного и в том, что рукопись отвергается, эту опцию редакционная работа включает.
Но-таки есть моменты этические, их не объехать.
И вот с подобным я сталкиваюсь впервые.
И отношу это именно к тому, что происхождением своим имею кузнецкую землю, малое моё отечество, а между родственниками, как известно, в первую голову семейные законы, семейная ревность и семейная память действует – пока живы кумовья и аксакалы.

Поэтому, братец ты мой, – не жди гостинцев.
Лучше сам шли подарки...

Лихое бабье лето...

***
С печальной улыбкой наблюдаю как, с каким жаром новосибирские красавицы поры бабьего лета (художницы, журналистки, поэтессы) себя демонстрируют, превозносят, почти навязывают. А ведь и впрямь – ну, сколько плотского-то обаяния осталось, лет пять-шесть максимум, дальше другие будут пытаться свою золотую пору увядания эксплуатировать во всем непобедимом совершенстве и поклонении её очарованию.
Только вот беда, массовые вздохи восхищения сродни эстрадной попсовости Стаса Михайлова или Никоса Сафронова, именно поэтому в их популярности женское начало преобладает.
Это площадное дефиле.
А для сердца ценно и составляет нетленное сокровище то, что объединяет две души, совместный интерес, который делает жизнь осмысленной и наполненной любовью.
Этот интерес единственен, индивидуален...
Вот в субботу прошли сороковины.
Всю ночь на воскресение – снилась, ссорились, спорили, обсуждали то, что уже никогда не создадим и не построим.
Очнулся.
Нету совместного интереса.
Есть только одиночество и пустота...

Да лихое чужое бабье лето за январским окном во всей красе!